ЛИНИЯ СТАЛИНА

Главная страница

Библиотека

 

Из воспоминаний очевидцев об обороне четырехорудийного арткапонира №06 у деревни Мацки (Минская область).

Заместитель политрука ДОТа № 06 Минского укрепленного района Ф. И. Рябов (послевоенное фото)

Рассказывает председатель Слободского сельского Совета народных депутатов Александр Иванович Абакунчик:

-Перед войной бойцы из дота часто приходили к нам в деревню на молодежные вечера. Многих я знал в лицо, некоторых - по фамилии. Очень близко я сошелся и подружился с Филиппом Рябовым. В этом году он приезжал сюда, мы с ним ходили к доту, вспоминали события тех дней, фамилии людей, принимавших в них участие.

Бои у дота начались 26 июня; т. е. на пятый день войны. Враг рвался к Минску, пробивая себе дорогу танками. В доте были установлены четыре 76-миллиметровые пушки: по две с северной и южной сторон. Севернее дота проходили две дороги: старый тракт Минск - Вильнюс и шоссе из местечка Радошковичи в сторону Минска. На семнадцатом километре оно соединялось с шоссе Минск - Москва. По этим дорогам и устремились к Минску гитлеровские танки, прорвавшие оборону наших стрелковых частей.

Фашистов встретили огнем артиллеристы дота. Три дня и три ночи в тяжелейших условиях сражались они. Противник пытался уничтожить их артиллерией, бомбил с самолетов, атаковал пехотой при поддержке танков, но гарнизон дота жил и боролся. Лишь 29 июня, когда уже не осталось ни одного снаряда, мужественные защитники крепости вынули орудийные замки, привели в негодность все оборудование и поздно вечером оставили дот.

Из письма бывшего заместителя политрука дота № 06 Минского укрепленного района Ф. И. Рябова следопытам 62 и 65 школ г. Минска:

"Нас в доте было двадцать два человека. Двадцать воинов и две женщины, жены наших командиров. Дот представлял собой четырехпушечную батарею 76-миллиметровых орудий, т. е. два огневых взвода, командирами которых были участники финской кампании младшие лейтенанты Петрочук и Рощин.

Помню, накануне первого боя позвонили из штаба и предупредили, чтобы гарнизон был готов к возможной схватке с фашистами. Могут атаковать и танки. Поэтому с самого рассвета мы внимательно следили за местностью. У перископа постоянно дежурили то младший лейтенант Рощин, то я, то рядовой Женжеро (в начале войны ему было присвоено звание младшего сержанта, а мне - заместителя политрука). Все воины нашего небольшого гарнизона были в готовности номер один.

-Вижу фашистские танки на старом тракте Минск - Вильнюс, - доложил младший сержант. - Всего шесть машин. Ориентир справа - топографический знак, слева - крайнее дерево опушки леса.

-Первое и второе орудия! Бронебойными! Заряжай! - подал команду младший лейтенант Петрочук (он командовал огневиками). Наводчики быстро поймали в перекрестие прицела передние машины.

Дот содрогнулся от одновременного залпа двух орудий и наполнился пороховым дымом.

-Молодцы! - прокричал младший сержант Женжеро. - Оба снаряда попали в цель.

От первых снарядов два вражеских танка загорелись. Не прошло и десяти минут, как еще два танка остановились на шоссе с перебитыми гусеницами. Очередным залпом у одного из них артиллеристы сбили башню, а другой подожгли. Остальные развернулись и ушли в укрытие.

В тот день мы отбили несколько атак гитлеровцев. Ни одна вражеская машина не прошла по дороге к Минску. Утром после артиллерийского обстрела фашисты ринулись в атаку. Но вскоре отступили, направив на дот свои бомбардировщики.

В результате ожесточенного налета были уничтожены кухня, склад с продовольствием, командирский домик, "красный уголок", силовая установка, питавшая дот электроэнергией, запас бензина для движка. Для гарнизона наступило тяжелое время: не работала вентиляция, прекратилась подача воды. Бойцам гарнизона пришлось вести бой в кромешной темноте, без воды и еды (если не считать мешка сухарей да полмешка сахару). В верхних казематах скопилось столько пороховых газов, что воины стали задыхаться. Младший лейтенант Петрочук приказал всем, кто не вел огонь по врагу, находиться в нижних казематах. Но и там не было спасения от дыма. Вдобавок ко всему кончались снаряды.

Когда стемнело, и вражеские атаки несколько утихли, младший лейтенант Петрочук послал рядовых Мышака, Синицына, Дергачева и меня в деревню Мацки, чтобы мы достали у крестьян керосиновые лампы или фонари, продукты и перевязочный материал, так как в доте появились раненые.

Осторожно подползли к крайним домам деревни, но они оказались пустыми. Мы в следующие - и те пустые. Вся деревня будто вымерла. Как мы обрадовались, встретив в одном из домов старую женщину! От нее узнали, что все жители деревни попрятались в убежища, с ее помощью отыскали колхозного бригадира. Рассказали ему, что в доте нет света и пищи, не работает вентиляция, к концу подходят запасы снарядов, что в доте появились раненые, а перевязочных материалов нет. Бригадир внимательно выслушал и пообещал помочь. Часа через полтора жители деревни Мацки собрали около десятка керосиновых ламп и фонарей "летучая мышь", хлеб, сало, несколько простыней для перевязки, бидоны с молоком. Все это было доставлено в дот. А колхозник Николай Стасевич всю ночь с нашими бойцами подвозил на лошади к доту снаряды с запасного склада.

Видя такую заботу местных жителей, наши бойцы поклялись драться с врагом до последнего снаряда, до последнего патрона и не пропустить гитлеровцев к Минску.

Утром немцы снова открыли по доту артиллерийский огонь, но он нам вреда не наносил. Стены и потолок нашей крепости были надежными. Когда младший сержант Женжеро, не отходивший в это утро от перископа, доложил, что на шоссе появились гитлеровские танки, рядовые Мышак и Луценко бросились открывать бронированные плиты, прикрывавшие амбразуры дота.

Наводчики сержанты Васильев и Бутроменко сразу поймали в прицел приближающиеся танки, и после первых выстрелов один из них уже дымил, а другой вертелся с перебитой гусеницей. Очередной снаряд поджег и его. Остальные танки открыли по доту огонь из пушек. Им помогали артиллерийские батареи. Неприятельским снарядом была повреждена бронированная плита, прикрывающая амбразуру, и разбит механизм для ее подъема. Ликвидировать неисправность вызвались младший лейтенант Петрочук и рядовой Гафиз Зайнутдинов. Около часа под огнем противника они пытались отремонтировать механизм, но безуспешно. Осколком разорвавшегося рядом снаряда Г. Зайнутдинов был убит, а Петрочука ранило в руку.

Пришлось отказаться от починки подъемного механизма, хотя мы понимали, чем это грозит для гарнизона дота. Наши опасения вскоре подтвердились. Во время одной из очередных атак танковый снаряд угодил в не защищенную броневой плитой амбразуру. Взрывом повредило орудие. Осколками были убиты заряжающий и наводчик, четверо бойцов и младший лейтенант Петрочук получили ранения. Раненых перевязали жены Рощина и Петрочука.

Гитлеровцы несколько раз пытались блокировать артиллерийский дот. Но всегда на помощь гарнизону артиллерийского дота приходил трехамбразурный пулеметный дот, кося поднятых в атаку вражеских автоматчиков. А пулеметчиков выручали артиллеристы, огнем из своих орудий останавливая танки гитлеровцев и пехоту. Так было и утром 28 июня. После сильной артподготовки на штурм дота было брошено до роты автоматчиков. Они наступали со стороны деревни Криницы и под прикрытием леса могли подойти незамеченными, так как лес начинался в нескольких метрах от дота. Об этом артиллеристам сообщили из пулеметного дота.

-Рядовые Луценко и Бобков! К пулемету! приказал младший лейтенант Рощин. - Подпустить на близкое расстояние! Бить наверняка! Рядовые Синицын и Дергачев! Ко второму! Огонь по моему сигналу!

Сам прильнул к окуляру перископа. Гитлеровские автоматчики скопились на опушке леса северо-западнее дота. И вот они стали приближаться, надеясь напасть неожиданно. Подпустив фашистов на близкое расстояние, младший лейтенант Рощин подал команду пулеметчикам:

-Длинными очередями, по фашистам, огонь!

Гитлеровцы от неожиданности приостановились, а по ним в это время ударили пулеметы из дота у деревни Мацки

Положение защитников железобетонной крепости становилось все тяжелее. Кончилась вода, хотя и расходовали ее очень экономно. Младший лейтенант Рощин несколько раз посылал бойцов к реке, чтобы под покровом ночи они принесли воды. Но запасаться ею становилось все труднее, потому что пространство вокруг дота простреливалось неприятелем. А вода нужна была нам, и в первую очередь раненым, число которых после каждого боя увеличивалось.

-Товарищ младший лейтенант, - обратился я к Рощину. - Разрешите мне сходить за водой. Я хорошо знаю местность.

-Ну что ж, - ответил командир огневого взвода после некоторого раздумья. - Отправляйтесь. Только будьте внимательны.

Я взял термос, надел на него чехол, чтобы не гремел, нацепил на ремень несколько фляг и выполз из дота. По пути к реке несколько раз попадал под обстрел. Однако все обошлось. В речке наполнил термос и фляги, напился сам и, как ящерица, стараясь не шуметь, стал продвигаться к доту. Около двух часов пришлось потратить на то, чтобы доставить воду в дот...

К исходу четвертого дня боев вышли из строя две пушки, но оставшиеся своим огнем сдерживали врага. В доте появились раненые из числа бойцов гарнизона. Кроме того, к нам в дот доставили нескольких раненых из других дотов и полевых частей. Врача у нас не было, а обязанности санинструктора выполнял минчанин, прибывший на подкрепление из приписного состава.

Защищать дот с каждым днем становилось все труднее. Поначалу нам помогала огнем артиллерия полевых частей, занимавших оборону на нашем участке. А-28 июня во второй половине дня она прекратила огонь. Восточнее дота была слышна сильная ружейно-пулеметная перестрелка: потом бой утих. Тогда младший лейтенант Петрочук подозвал меня и рядового Юрова к себе и дал задание:

-Товарищ Рябов. Вам и красноармейцу Юрову нужно пробраться в Смоленский полк и передать командиру полка, чтобы по сигналу красной ракеты артиллеристы начали обстрел территории вокруг нашего дота. Если и по доту попадет - не страшно, он выдержит. Попросите, пусть подвезут снаряды. Донесение отдайте лично полковнику, в крайнем случае - начальнику штаба. В пути будьте внимательны. Видите вон тот лес? Там и должен располагаться Смоленский полк. Если он перебазировался, проберитесь в Зеленое и доложите командованию укрепленного района о положении в доте. Ну, в добрый час, родные.

Мы тронулись в путь. Не успели отойти метров триста: как нас обстреляли из пулемета. Но все обошлось благополучно. К вечеру добрались до леса, где, по мнению Петрочука, должен был располагаться Смоленский полк. Исколесив большой участок леса, наткнулись на группу красноармейцев, которые хлопотали у двух тяжелых орудий, собираясь перевезти их в другое место. Командовал вывозкой орудий капитан. На мой вопрос: "Где можно увидеть полковника?" - он ответил, что полк снялся с позиций, потому что гитлеровцы окружили его со всех сторон. Штаб приказал сменить огневые позиции батарей.

Не теряя времени, мы с Юровым решили вернуться в дот и доложить о создавшейся обстановке. Выйдя из леса, наткнулись в жиденьком кустарнике на группу людей в красноармейской форме. Мелькнула мысль: уж не из Смоленского ли полка они? Мы подошли к ним поближе. Тут они набросились на нас и обезоружили. Оказалось, это были переодетые фашисты. После этого плен Долгие четыре года

 

Цитируется по книге Н.М. Акалович "Они защищали Минск" Мн. Народная асвета 1987 г.

Hosted by uCoz